После недавних заявлений президента США Дональда Трампа о намерении «заняться» Кубой, в акватории у берегов острова зафиксирована значительно возросшая активность военной разведывательной авиации Соединенных Штатов. Эта тенденция совпадает с расширением санкционного давления и возобновлением жесткой риторики Вашингтона в адрес Гаваны.

Согласно данным, проанализированным CNN, с 4 февраля 2026 года ВМС и ВВС США совершили не менее 25 разведывательных вылетов с использованием пилотируемых самолетов и беспилотников вблизи побережья Кубы. Основная часть полетов проводилась морскими патрульными самолетами P-8A Poseidon, предназначенными для наблюдения, а также самолетами радиотехнической разведки RC-135V Rivet Joint и высотными дронами MQ-4C Triton. Аппараты приближались к двум крупнейшим городам страны — Гаване и Сантьяго-де-Куба — на расстояние до 64 км от берега.

Эксперты подчеркивают, что до февраля текущего года подобные открытые демонстративные полеты у побережья Кубы были крайне редки, что придает нынешней активности особый характер. Аналитики рассматривают эти действия как намеренный сигнал Гаване, тем более что подобная картина наблюдалась перед военными операциями США в Венесуэле и Иране, где разведывательная активность наращивалась в преддверии силовых действий.

Рост военной активности происходит на фоне резкого ужесточения риторики Дональда Трампа. В интервью программе Full Measure 9 мая президент США заявил, что намерен «заняться» Кубой после урегулирования ситуации на Ближнем Востоке, назвав островное государство «пребывающим в упадке». Он поручил ведение кубинского досье госсекретарю Марко Рубио, известному своей жесткой антикастровской позицией.

Кроме того, 1 мая Трамп подписал указ, значительно расширяющий санкционный режим против Кубы, который вводит вторичные санкции против иностранных компаний, работающих в энергетическом и горнодобывающем секторах острова, а также обвиняет Гавану в предоставлении «благоприятной среды для враждебных разведок и террористических операций» вблизи границ США. Гавана отвергает эти обвинения, называя их «коллективным наказанием» и «геноцидальными актами», и заявляет о готовности к диалогу без права вмешательства во внутренние дела.