Ситуация на Ближнем Востоке достигла апогея после обмена беспрецедентно жесткими заявлениями между руководством США и Корпусом стражей исламской революции. Иранское военное командование выступило с последним предупреждением, пообещав нанести сокрушительные удары по всем американским и союзным объектам в регионе в случае атаки на топливно-энергетический комплекс республики. В официальном заявлении КСИР подчеркивается, что целью возмездия станет не только энергетическая, но и информационно-технологическая, а также опреснительная инфраструктура, принадлежащая Соединенным Штатам и Израилю. Тегеран дает понять, что любая попытка дестабилизировать его экономику приведет к симметричному уничтожению жизненно важных узлов жизнеобеспечения западных баз и союзных государств, что фактически означает начало тотальной технологической и ресурсной войны в масштабах всего региона.

На этом фоне президент США Дональд Трамп продемонстрировал максимально бескомпромиссную позицию, наотрез отказавшись от любых переговоров или сделок с иранской стороной. В своем эмоциональном обращении глава Белого дома заявил, что военные цели операции уже достигнуты с существенным опережением графика. По утверждению Трампа, военная мощь Ирана, включая его флот, военно-воздушные силы и систему обороны, фактически уничтожена, а руководство страны деморализовано. Американский лидер обрушился с критикой на аналитиков и прессу, в частности на издание «Нью-Йорк Таймс», обвинив их в некомпетентности и искажении реальности. Трамп подчеркнул, что Иран находится в безвыходном положении и отчаянно ищет возможности заключить соглашение, однако Вашингтон в этом не заинтересован и намерен довести начатое до конца, не вступая в диалог с противником.

Противоречие между победными реляциями Трампа и решительными угрозами КСИР создает ситуацию стратегической неопределенности, которая держит в напряжении все мировое сообщество. В то время как Вашингтон заявляет об уничтожении иранского военного потенциала, Тегеран продолжает транслировать готовность к масштабным ударам по критическим объектам, от которых зависит функционирование американских сил на Ближнем Востоке.